28 июня 2019, 08:06
0 726
0
0

Иосиф Райхельгауз: «Театр был, есть и будет!»

Иосиф Райхельгауз: «Театр был, есть и будет!»

Эксклюзивное интервью художественного руководителя Московского театра «Школа современной пьесы» Иосифа Райхельгауза для Первого пензенского портала.

Некоторое время назад в нашем городе с гастролями побывал московский театр «Школа современной пьесы», знаменитый тем, что его репертуар принципиально состоит только из спектаклей по новейшим произведениям современной драматургии. В 2013 году в историческом здании театра случился пожар, театр играл спектакли на временных площадках Москвы и только в январе нынешнего года, накануне 30-летнего юбилея, вернулся в отреставрированное после пожара здание.

Иосиф Леонидович, Пензенский драматический театр и «Школа современной пьесы» связаны общими неприятными событиями – не знаю, насколько тяжело или легко Вам об этом говорить – но оба театра погорели в разное время. Этот пожар – просто бытовая неприятность, трагедия, о которой хочется скорее забыть, или же после этого произошло нечто важное?

После этого произошло нечто важное. Много лет мы понимали, в каком доме мы живем, и мы понимали, что этому дому нужна реконструкция, реставрация, приспособление под театр поскольку как такового театра в этом доме никогда не было. Поэтому за те 25 лет, что мы работали в нем до пожара, мы его как могли приспосабливали. С одной стороны, то, что пожар случился это большое несчастье, большая беда. Счастье в том, что никто не пострадал. Это было в воскресный день, шел детский спектакль. Мгновенно наши службы сообразили, вывели детей. А дальше уже благодарим нашего мэра Сергея Собянина, который всего через три дня после пожара на заседании Правительства Москвы сообщил, что он из своего резервного фонда выделяет деньги, и начинается реконструкция, реставрация. И то, что в результате сделали это должно было давно уже сделано в доме, которому уже более двухсот лет.

Сегодня это уникальное здание. Сегодня у нас работает две автономных сцены и третья,  студенческая. В ближайшее время будут строить четвертую. Это, опять же, подарок мэра.

В Вашем репертуаре были и есть современные пьесы, которые становились хитами театральных сезонов.

 В Вашем репертуаре были и есть современные пьесы, которые становились хитами театральных сезонов. Например, «Спасти камер-юнкера Пушкина» Михаила Хейфеца, «Ганди молчал по субботам» Анастасии Букреевой и многие другие. Но некоторых «раскрученных» имен, которые считаются передовыми, в афише нет – например, очень модного сегодня белорусского драматурга Павла Пряжко.

У нас шел спектакль по пьесе Пряжко «Поле». Мы его поставили первыми. Был очень интересный спектакль.

А вот какие из современных пьес или каких авторов Вы никогда не будете ставить на своей сцене?

У нас нет такого черного списка. Как вы знаете, наш театр проводит всемирный конкурс русскоязычной драматургии «Действующие лица». Ежегодно на него поступает от двухсот до пятисот пьес. С одной стороны, мы ставили первые пьесы Людмилы Улицкой, Дмитрия Быкова, Бориса Акунина, Виктора Шендеровича, Евгения Гришковца, Людмилы Петрушевской – наших живых классиков. С другой стороны, мы ставим пьесы авторов с никому неизвестными именами и фамилиями, чьи пьесы выигрывают конкурсы. Поэтому у нас нет никаких запретов. К счастью, наш театр никогда не сталкивался с цензурой. Я читаю большое количество пьес и считаю, что наша российская драматургия очень талантлива и даже несколько опережает современные театры. У меня есть ощущение, что театры, особенно в провинции а провинции и в Москве в большом количестве, я не имею в виду провинцию географическую не догоняют. Не случайно, когда 120 лет назад появилась драматургия Антона Павловича Чехова, ее считали абракадаброй и ерундой. Когда в 1970-х годах возникла новая волна Семен Злотников, Виктор Славкин, Людмила Петрушевская, их тоже не понимали. Сегодня это все классика.

Каждый сезон у нас ставит спектакль молодой режиссер. Чаще всего это дебют и режиссера, и драматурга. И соотношение очень удачных спектаклей и неудачных — один к одному. И это нормально. Уже несколько лет у нас идет спектакль «Дурочка и зэк» дипломницы Ирины Печерниковой. У нас много лет шел спектакль «Бабий дом». Новый конкурс в апреле, и кто-то из десяти дипломников обязательно выиграет и будет ставить. Для меня принципиально, чтобы, с одной стороны, ставили Иван Вырыпаев, Борис Морозов, Андрей Жолдак, Евгений Гришковец, но в тоже время чтобы свои спектакли ставили дебютанты. Признак хорошего главного режиссера он не боится конкуренции, тем лучше спектакль, тем лучше его театр. А признак плохого главного режиссера он боится подпустить коллегу и профессионала, чтобы, не дай Бог, артистам не показалось, что он хуже.

Вы и в формах абсолютно никаких границ не устанавливаете, экспериментируете, обращаетесь, например, к такому жанру, как иммерсивный театр, необычно используете сценическое пространство…

Вы и в формах абсолютно никаких границ не устанавливаете, экспериментируете, обращаетесь, например, к такому жанру, как иммерсивный театр, необычно используете сценическое пространство…  Но есть в репертуаре и более чем традиционные по форме постановки. 

Да, одна из них это спектакль «Ночь с незнакомцем» по пьесе Натальи Савицкой. Мы сохраняем его ради Ирины Алферовой, она его очень любит и с удовольствием играет. Что касается сценического пространства, традиционного и нетрадиционного, то после реконструкции в большом зале сцены как таковой нет, она может возникать в любом месте зала.

Что бы Вы пожелали зрителям в Год театра – и в Пензе, и в Москве?

В некоторых спектаклях Вы делаете ставку на звезд, как в антрепризе.

У нас в труппе девять народных артистов, зрители хотят их видеть. Естественно, когда я обдумываю репертуар на ближайшие два сезона, то учитываю, кто из этих артистов будет играть. Так что мы имеем того зрителя, которого мы достойны. У нас один зал на 400 мест, другой  на 300. Скоро будет строительство еще более вместительного зала, и их, конечно, нужно заполнять. А люди идут не только на новую пьесу, не только на интересные режиссерские решения, но и на актерскую игру известных артистов.

Что бы Вы пожелали зрителям в Год театра – и в Пензе, и в Москве?

Я не понимаю, что такое «Год театра». Разве до этого Пенза, Москва или Россия жили без театра? Театр был, есть и будет. По мне, Год театра мало что изменил. Я убежден совершенно, что каждый город достоин своего театра. Так же как каждый город достоин своего губернатора, своих магазинов, своих дорог. А пожелание только одно: чтобы, несмотря на такую бешеную атаку телевидения по оболваниванию людей, люди не сдавались, шли в театр, а театр, в свою очередь, должен быть достоин своего зрителя.

   

Фото: Сайт Московского театра «Школа современной пьесы», открытые интернет-источники

Загрузка...
комментарии

- Нажмите ,чтобы оценить


Вконтакте Фейсбук
Максимальная длина сообщения 600 символов.